Тимур Ромашко

«ВСЕ МУЖЧИНЫ — ЧУДОВИЩА.
ЖЕНЩИНАМ ОСТАЕТСЯ ОДНО — КОРМИТЬ ИХ ПОЛУЧШЕ» 
Оскарик Дикий








ЖРАВИЛА ПИЗНИ



МОЙ ДЕНЬ НАЧИНАЕТСЯ С ТОГО, что я принимаю контрастный душ, упражняюсь на брусьях, гуглю свое имя в Интернете. Хотя, пожалуй, насчет двух первых пунктов я наврал.


Я НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ отца голым. Если только в детстве, но у нас в семье не принято об этом говорить.


В СВОЕЙ РАБОТЕ Я ЛЮБЛЮ свой голос. Такой нежный, бархатный - жаль, что вы сейчас его не слышите (а только читаете).  


В СВОЕЙ РАБОТЕ Я НЕНАВИЖУ Андрея Родного. Ничего не подумайте - во мне говорит зависть и страх личной расправы.


МОИ РОДИТЕЛИ НАУЧИЛИ МЕНЯ любить отца.


ИЗ ИЗВЕСТНЫХ ЛЮДЕЙ Я ПОХОЖ на Путина. Мы с ним одинакового роста – 168, и оба любим гимнастику. Не раз бывало, что нас путали в толпе. Надеюсь, что однажды Путина тоже перепутают со мной.


САМОЕ СЛОЖНОЕ ДЛЯ МЕНЯ - ЭТО ипотека. Именно она заставляет человека любить Родину по-настоящему. Мне кажется, что ипотеку под 13% процентов придумали, чтобы человек не свалил в другую страну.


МОЯ САМАЯ СТРАННАЯ ЧАСТЬ ТЕЛА - это бесформенный нарост между ушами.


ТРИ ВЕЩИ, КОТОРЫЕ МОГУТ ВЫТАЩИТЬ МЕНЯ ИЗ ПОСТЕЛИ: шокер, голова коня и мармеладка.


Я ОТЛИЧНО шучу на румынском. Как-то я рассказывал румынам один анекдот, они так ржали. «Фракапула! Пула! » - вот, что кричали мне вслед весёлые румыны.


Я ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ люблю тебя, дорогой слушатель, особенно тебя, грудастая брюнетка, с родинкой на щеке.


КОГДА Я БЫЛ МАЛЕНЬКИМ, я был такого же роста.


ОДНАЖДЫ Я СТАНУ прадедом, надеюсь. Мне кажется, я уеду от правнуков далеко-далеко и они будут думать, что у них нет прадеда.


ХУЖЕ ВСЕГО У МЕНЯ получается быть негодяем. Единственный раз, когда я был негодяем, это когда моя девушка забеременела. Тогда, чтобы исправить это, я женился.


COMEDY RADIO ДЛЯ МЕНЯ – это радость, счастье и бесплатная вода в кулере.


ЕСЛИ Б Я БЫЛ ЖЕНЩИНОЙ - это был бы не самый худший вариант. Я думаю, что у женщин не так уж все и плохо, как мы считаем. Они могут безнаказанно носить длинные волосы и чулки. Меня, например, за  это осуждают.


С ПОХМЕЛЬЯ я обычно хочу еще.


Я ТЕРПЕТЬ НЕ МОГУ чернослив. Я никогда не поверю, что он когда-то был сливой. Если к старости я изменюсь так же, как слива, превратившаяся в чернослив, сделайте из меня компот - я не хочу жить на этом свете.


ИНОГДА МНЕ БЫВАЕТ СТЫДНО ЗА ТО, что я сделал так мало добра. Порой стоит беременная женщина в метро, а я понимаю, что ее ребёнок не от меня и, в результате, ничем не могу ей помочь.


В ИНТЕРНЕТЕ Я ОБЫЧНО лайкаю свои фото. Особенно те, у которых мало лайков.


В ДЕТСТВЕ МЕНЯ ДРАЗНИЛИ «хоббитом». У меня были волосатые ноги и бородатый отец в старой одежде.


МОЯ ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ, наверное, уже очень старая.